Художники Александр Волков и Дамир Рузыбаев в коллекции Государственного музея Востока

15.04.2021 — 15.06.2021

Государственный музей Востока представляет вашему вниманию виртуальную  выставку, посвященную творчеству двух выдающихся художников — Александра Волкова и Дамира Рузыбаева.

15.04.2021 — 15.06.2021

Живопись, графика, скульптура – в этих видах искусства проявился яркий талант двух художников и друзей – Александра Волкова и Дамира Рузыбаева. Рузыбаев – представитель современного искусства Узбекистана, Волков с 1959 года живет в Москве, поэтому правильнее называть его московским художником.

Они практически ровесники. Дамир Салиджанович Рузыбаев родился в 1939 году в Самарканде. Александр Александрович Волков – в 1937-м в Ташкенте. Их дружба началась в далеком 1955 году во время учебы на первом курсе скульптурного отделения Ташкентского художественного училища.

После окончания училища Дамира, как одного из лучших студентов, пригласили продолжить обучение в Институте живописи, скульптуры и архитектуры им. И.Е. Репина в Ленинграде. Однако академическая атмосфера института оказалась ему чужда, и Дамир вернулся в Узбекистан. Он жил в Маргилане, затем переехал в Ташкент, где и сейчас работает в своей мастерской под открытым небом (он называет ее фазендой), в которой живут его скульптуры.

Александр после учебы в Ташкенте поступил в 1959 году в Московское высшее художественно-промышленное училище (бывшее Строгановское) и остался в столице. Каждый год на зимние и летние каникулы Волков приезжал на родину. Вместе со старшим братом Валерием Волковым и Евгением Кравченко колесили по любимым дорогам Средней Азии, дружили и набирались впечатлений для творчества. Как говорят сами художники, ни смена государственных границ, ни разрушение единого культурного пространства, ни возраст не сделались помехой в отношениях, давно ставших почти родственными, основанных на духовной близости и неуемном желании творить.    

Художники в равной мере замечательно проявляют себя в разных видах и жанрах изобразительного искусства. И Александр Волков, и Дамир Рузыбаев – авторы монументальных городских композиций и малых пластических форм. Живопись и графика занимают художников не меньше. У Рузыбаева они порой оказываются двухмерным воплощением пластических поисков. Живописные и графические работы Волкова, более камерные по своей природе, не исключают масштабности и философской подоплеки образов. Обоих художников роднит передающееся зрителю ощущение искреннего восхищения миром, его красками, особое отношение к цвету – не только в живописи и графике, но и в скульптуре. Этому есть объяснение. Во-первых, сама окружающая среда: насыщенная ярким солнцем среднеазиатская земля, многоцветье традиционных одежд, керамики, изразцового декора азиатской архитектуры сформировали колористический стиль художников. Во-вторых, для обоих тогда еще начинающих авторов важнейшим оказалось общение с Александром Николаевичем Волковым – отцом Александра Александровича.

А.Н. Волков стоял у истоков современного изобразительного искусства Средней Азии. Его идея цвета как формообразующего начала оказалась близка и Александру Волкову, и Дамиру Рузыбаеву. Интересно, что позднее они, а также старший брат Александра Валерий Волков и их общий друг Евгений Кравченко объединились в «команду», назвав ее «второй бригадой Волкова». Инициатором создания «второй бригады» был Валерий Волков. Тогда уже маститый художник и искусствовед, на десять лет старше остальных, он по праву был их наставником.  Первую же бригаду создал сам Александр Николаевич десятилетиями ранее, собрав вокруг себя художников, мечтавших о создании нового авангардного стиля в искусстве молодой Советской страны.

1. Дамир Рузыбаев «Навруз», 1992

Дамир Рузыбаев и Александр Волков в постоянной экспозиции Государственного музея Востока у работы Д. Рузыбаева «Навруз». 2016

В постоянной экспозиции музея Востока зрителей встречает богиня весны, азиатская «примавера» с восточным именем Навруз (праздник наступления нового года, который отмечается ранней весной). Этот образ появился в творчестве Дамира Рузыбаева в 1990-е годы. Здесь, как и во многих других скульптурах, чувствуется интерес Дамира к древней истории и археологии. В молодые годы он участвовал в археологических экспедициях в районе Сурхандарьи, занимался реставрацией античной скульптуры в лаборатории Института искусствознания Академии наук в Ташкенте. 

Раскрашенная в яркие цвета богиня предстает в облике луноликой восточной красавицы с расцветающим тюльпаном в руке. Жест ее, слегка манерный, вызывает в памяти персонажей старых миниатюр и при этом отстраненно сакрален. В выражении лица и всем облике статуи – надежда и ожидание, связанные с приходом весны, но также невозмутимый покой, буддийское «великое молчание».

2. Александр Волков, Акын Рахматов. 1984. Шамот, соли, лепка. 48х36

3. Дамир Рузыбаев. Сидящая. 1976. Шамот, масло. 43х23х23

Шамот – один из наиболее любимых материалов Александра Волкова и Дамира Рузыбаева. Обожженная глина, обладающая твердостью камня и пластичностью глины, воплощает в себе две царящие в Средней Азии природные стихии – земли и огня. Образы среднеазиатских жителей у этих авторов всегда вневременные, при этом они воссозданы с поразительной точностью жестов, психологического состояния, всего облика, без какой-либо идеализации, но с большой теплотой и лиризмом.

Скульптура «Акын Рахматов» А. Волкова – это портрет реального персонажа, вылепленный художником с натуры в кишлаке. По рассказам Александра Александровича, акын Рахматов – слепой поэт, народный философ, с которым он познакомился во время путешествий по Узбекистану. Акын аккомпанировал себе на самодельном струнном инструменте, сделанном из банки, в которой раньше хранился бензин. Бензин отправлялся американцами в годы Великой Отечественной войны по ленд-лизу. По замыслу художника, на коленях акына лежала коробочка, изображающая эту канистру, в одной руке певец держал гриф из фруктового дерева, в другой –проволочный смычок. Эти важные для полноты образа элементы не сохранились, впрочем, и без них поющий акын выглядит убедительно.

Вспоминает А.А. Волков:

Встреча с этим почти библейским старцем произвела на меня сильнейшее впечатление. Потерявший зрение в середине жизни, он сохранил оптимистическое отношение к ней. Во всех его песнях слушатель, даже не зная языка, ощущал удивительный поток жизнеутверждения. Сидя традиционно на ковре, медленно раскачиваясь в ритме своей музыки, красивым звучным голосом он вел свой рассказ о жизни. Мне невольно вспомнились тогда слова отца. Когда музыканты или художники жаловались на отсутствие инструментов или хороших красок, он говорил: «Хороший музыкант и на деревяшке сыграет». 

4Александр Волков. Узбекские музыканты (скульптурная группа). 1980-е. Шамот, лепка. 110х70х80 

«С детства я был очарован музыкой, которую услышал в горах. Три древних инструмента – зурна, камышовая флета (най) и бубен (дойра) то протяжно вели свои партии грустной щемящей музыки, то вдруг переходили на мажорное звучание, как бы охватывая все стороны жизни. Звуки летели легко, отражаясь от гор и наполняя ощущением слияния человека с природой. Ни в каком концертном зале не добиться такой первозданности музыки. Поэтому я и выбрал в скульптуре шамот, как материал, наиболее гармонично передающий единство древней мелодии и музыкантов».

5. Дамир Рузыбаев. Сирин. Восточный мотив. 1993, Холст, масло. 78х120 

Излюбленный образ Дамира Рузыбаева – ведущая происхождение от античных сирен птица Сирин, райская птица-дева средневековой мифологии. Этот образ соединяет антропоморфные и зооморфные черты. Он представляет собой таинственное мифическое существо, олицетворяющее еще не нарушенную родственную связь человека и природы. Рузыбаев создал множество сиринов в пластике, живописи и графике.

6. Дамир Рузыбаев. Сурхандарья. Воспоминание. 1993–1994. Шамот, ангоб. 27х18х13. Картон, масло. 105х87

В «Сурхандарье» небольшого размера скульптурная фигура Сирина помещена перед условным пейзажем, в котором плавно изгибающиеся цветовые полосы моделируют чередование горных кряжей. В этой работе ярко проявляется стремление Рузыбаева объединить пластику и живопись в едином ансамбле, создавая полифонический образ, основанный на подобиях и контрастах.

 

7. Дамир Рузыбаев. Два ангела. 1991. Шамот, гуашь. 63х13х25, 57х30х18

Ангелы Дамира Рузыбаева не несут религиозного смысла. Эти духовные по определению существа становятся у скульптора еще более глубоким, чем музы, символом искусства. Ангелы играли на музыкальных инструментах уже на полотнах мастеров Возрождения, а в творчестве некоторых живописцев, графиков и скульпторов ХХ века они стали alter ego художника, который, подобно ангелу, несет людям некую весть, соединяя небо и землю, материю и дух. Ту же миссию выполняют рузыбаевские ангелы, недаром они почти всегда предстают музицирующими на национальных инструментах и порой включаются в ансамбли памятников выдающимся деятелям искусства.

8. Александр Волков. Вечер в Сиджаке. 1980. Холст, масло. 80х100

Цвет в живописи Александра Волкова то глубок и полнозвучен, то прозрачен. Художник мастерски передает тончайшие градации освещения, будь то яркое солнце Востока или туманная дымка Средней полосы России. В коллекции музея хранятся его восточные работы. Да и самому Волкову Восток духовно близок, его он чувствует особенно.

Творчество А. Волкова в собрании музея Востока представлено работами на тему Средней Азии и Египта. Но он также много и плодотворно работает в России, Италии, Германии, странах Балтии, стараясь запечатлеть разнообразие и единство мира. Отсюда его интерес к общим для всех народов темам – музыка, танец, жизнь человека в ее красочном многообразии, и бесконечные поиски пластического языка и форм выражения в живописи, скульптуре, графике.

Александр Волков:

Вот простая и такая вечная тема в картине «Вечер в Сиджаке». Для меня с самого раннего детства после большого города всегда была привлекательна жизнь простого человека на земле, сохраняющего вековой уклад, гармонию отношения к земле и природе как к чему-то живому и хрупкому.

…Вечер, тихо угасает день. Золото осенних деревьев, как богатая рама, обнимает скромные дома и заборы из глины на этой улице, которой, может, уже тысяча лет, а может – только десяток. Через открытую в сад калитку видны беседующие люди, по дороге несется с пастбища стадо баранов и коз, создавая цоканьем копыт, блеянием, звоном колокольчиков непередаваемую музыку уходящего дня. Перспективу уходящей в горы улицы тонким акцентом подчеркивает женская фигурка с традиционной ношей на голове, завернутой в красный платок. Так ходят в гости уже тысячу лет.

9. Александр Волков. Золотой вечер. (Каир). 1988. Оргалит, масло. 94х116

Что общего между знакомыми с детства кишлаками и египетской деревней? Архитектура плоских крыш и невысоких домиков. Что существенно отличается, так это колорит, другой свет солнца, другая зелень. У нас в горных кишлаках вода стремительно несется, а в каналах Нила она тихая и спокойная, зеркалом отражающая небо. Вместо коров – буйволы, верблюды. Если у нас традиционно красят калитки, ставни, двери в голубой цвет, то в Египте все красят красной краской. А время и там, и там, кажется, течет так же неторопливо, как во времена фараонов.

Зато Каир поразил меня невероятным темпом жизни, смешением архитектурных стилей, мешаниной домов, акведуков в старой части города и шириной современных улиц, магазинов с витринами модных брендов. Там среди шикарных автомобилей спокойно шествуют стада баранов, величаво едут на осликах местные матроны. Выйдя утром на балкон, видишь: на крышах автомобилей, припаркованных к домам, невозмутимо лежат бродячие собаки, и никто их не трогает. Толпа, плотным потоком идущая на рынок, расступается, обтекая кошку, которая спокойно кормит котят. И, конечно, удивительные закаты солнца по вечерам. Каирские закаты особые – бледно-желтые и не такие горячие, как у нас.

10. Александр Волков. Возвращение домой. 1988. Холст, масло. 100х80

«Возвращение домой» – еще раз тема вечера, какого уже, наверное, не встретишь. Почти не осталось таких улиц, покрытых теплой бархатной пылью, куда так приятно ступать босыми ногами. Пыль взлетает легкими фонтанчиками и окрашивается в розовато-золотистые цвета бегающими голубыми тенями. Сквозь мощную крону дерева льется расплавленное золото уходящего солнца. Стайка девушек весело шагает, распевая песни. Выбежали вслед за бабушкой дети. Почти библейский вечер. Если ты путник, тебя пригласят в дом, угостят с радостью чем Бог послал, оставят на ночлег, не беря никакой платы, – так принято, и это незыблемые законы гостеприимства.

Произведения Александра Волкова можно увидеть не только в коллекции Музея Востока, но и в Государственной Третьяковской галерее, Государственном Русском музее, музейно-выставочном комплексе «Новый Иерусалим» (Истра), Государственном музее искусств Узбекистана (Ташкент), Государственном музее искусств имени И.В. Савицкого (Нукус, Узбекистан), Музее Зиммерли (коллекция Нортона Доджа, США Нью-Джерси), Фонде Марджани, а также в частных собраниях Европы и США.

Работы Д.С. Рузыбаева, помимо Государственного музея Востока, находятся в Государственной Третьяковской галерее, музейно-выставочном комплексе «Новый Иерусалим» (Истра), Государственном музее искусств Узбекистана (Ташкент), Государственном музее искусств имени И.В. Савицкого (Нукус, Узбекистан), Бендерском историко-краеведческом музее (Молдова), Фонде Марджани, в частных коллекциях России, Узбекистана, Германии, Франции, Японии.

 

 

2. Александр Волков, Акын Рахматов. 1984, Шамот, соли, лепка. 48х36.

2. Александр Волков, Акын Рахматов. 1984, Шамот, соли, лепка. 48х36.

3. Дамир Рузыбаев. Сидящая. 1976, Шамот, масло. 43х23х23

3. Дамир Рузыбаев. Сидящая. 1976, Шамот, масло. 43х23х23

4. Александр Волков. Узбекские музыканты (скульптурная группа) 1980-е. Шамот, лепка. 110х70х80

4. Александр Волков. Узбекские музыканты (скульптурная группа) 1980-е. Шамот, лепка. 110х70х80

5. Дамир Рузыбаев. Сирин. Восточный мотив. 1993, Холст, масло. 78х120 

5. Дамир Рузыбаев. Сирин. Восточный мотив. 1993, Холст, масло. 78х120 

6. Дамир Рузыбаев. Сурхандарья. Воспоминание. 1993–1994. Шамот, ангоб. 27х18х13. Картон, масло. 105х87

6. Дамир Рузыбаев. Сурхандарья. Воспоминание. 1993–1994. Шамот, ангоб. 27х18х13. Картон, масло. 105х87

7. Дамир Рузыбаев. Два ангела. 1991. Шамот, гуашь. 63х13х25, 57х30х18

7. Дамир Рузыбаев. Два ангела. 1991. Шамот, гуашь. 63х13х25, 57х30х18

8. Александр Волков. Вечер в Сиджаке. 1980. Холст, масло. 80х100

8. Александр Волков. Вечер в Сиджаке. 1980. Холст, масло. 80х100

9. Александр Волков. Золотой вечер. (Каир). 1988. Оргалит, масло. 94х116

9. Александр Волков. Золотой вечер. (Каир). 1988. Оргалит, масло. 94х116

10. Александр Волков. Возвращение домой. 1988. Холст, масло. 100х80

10. Александр Волков. Возвращение домой. 1988. Холст, масло. 100х80